Что является главным фактором, который определяеи цену на горючее?
Цены на топливо бьют рекорды, но крупнейшая сеть АЗС госкомпании «Укрнафта» продолжает удерживать более низкую стоимость.
Хватит ли у компании возможностей и дальше сдерживать цены, как работают АЗС в тревогу и каким образом компания усиливает их защиту, чтобы не допустить дефицита топлива, читайте в интервью РБК-Украина председателя правления «Укрнафты» Богдана Кукуры.
Главное:
-
Работа во время тревоги. Во время «красной» тревоги АЗС компании останавливаются, а во время «желтой» – работают без персонала;
-
АЗС без людей. В обычных условиях персонал необходим – для управления оборудованием и организации действий клиентов;
-
Безопасность сети. АЗС продолжают оборудовать габионами, антидроновыми сетками и бетонными укрытиями;
-
Программа, которая отслеживает движение дронов. Должен быть четко определен алгоритм действий работников в зависимости от уровня угрозы, они не должны самостоятельно принимать решения;
-
Подорожание дизтоплива. Украина зависима от импорта и ситуации в Ормузском проливе;
-
Работа с минимальной маржой. «Укрнафта» имеет достаточно финансового ресурса, чтобы и дальше сдерживать цены.
О безопасности работы АЗС
– Решение о закрытии АЗС во время тревоги (желтый и красный уровень) касается всей Украины или только Киева? Что делать клиенту, который начал заправлять машину в момент тревоги?
– Процедуры безопасности действуют во всей сети. Вместе с тем предусмотрены разные режимы реагирования в зависимости от уровня опасности: во время воздушной тревоги красного уровня АЗК прекращают работу, во время желтого – переходят в режим «холодного» АЗК (работа без персонала — ред.).
Если сигнал воздушной тревоги застал клиента в момент заправки авто, нужно выполнять указания работников относительно безопасного прекращения или дальнейшего порядка обслуживания. Не следует задерживаться на территории, чтобы обязательно заправить полный бак или завершить покупку. В случае прекращения работы комплекса персонал и клиенты должны перейти в безопасное место.
– В свете усиления ударов врага по АЗС дронами планирует ли компания менять алгоритм работы, например, ограничивать число клиентов на АЗС или минимизировать количество персонала на станции?
– Масштаб угрозы существенно изменился. За 2022-2025 годы наша сеть подверглась около 100 атак, а только в 2026 году – уже более 150. Повреждены десятки комплексов, отдельные объекты подвергались повторным ударам. Атаки охватывают как прифронтовые регионы, так и столицу.
Поэтому усиливаем процедуры безопасности и физическую защиту. Задача – своевременно реагировать на угрозу, сокращать пребывание людей в опасной зоне и обеспечивать понятный порядок действий для каждой смены.
Механическое сокращение персонала не является универсальным решением. На смене должно быть достаточно работников для безопасного управления оборудованием и организации действий клиентов. Так же ограничение количества автомобилей нужно оценивать с учетом того, не создаст ли оно очередь рядом с комплексом.
После атаки в первую очередь обеспечиваем безопасность людей. Восстановление начинаем с основной функции АЗК – возможности отпускать топливо.
– Вы уже сообщали об установке габионов на АЗС, какие еще шаги для усиления защиты АЗС рассматриваете? Возможно, антидроновые сетки, первичные мобильные укрытия? Какие дополнительные расходы нужны на эти меры и повлияют ли они на цену топлива?
– Да, мы уже устанавливаем габионы, противодроновые сетки и бетонные модульные укрытия. Сочетаем физическую защиту с процедурами реагирования на угрозу.
Габионами оборудованы 36 объектов, укрытиями – 22. Программу укрытий распространяем на Киев с учетом опыта прифронтовых регионов.
Работу продолжаем: сейчас ищем подрядчиков по защите 72 объектов в девяти областях.
В целом инвестиции «Укрнафты» в защиту и безопасность в 2026 году составляют около 2,9 млрд гривен. Это меры для всей компании, включая производственную инфраструктуру, а не только для сети АЗК.
Расходы на безопасность являются частью расходов компании. Вместе с тем напрямую переводить общий бюджет защиты в надбавку к каждому литру нельзя: цена зависит от закупочной стоимости ресурса, а он у нас импортный и поэтому должен учитывать и валютные колебания, а также составляющую логистики, налогов и операционных расходов.
– Вводятся ли дополнительные тренировки персонала по пожарной безопасности, оказанию первичной медицинской помощи, оперативному оставлению АЗС и переходу в укрытия?
– В «Укрнафте» действуют внутренние протоколы безопасности, которые определяют порядок действий персонала в разных ситуациях, в частности во время воздушной тревоги и пожара. Все работники проходят инструктаж при приеме на работу: они должны знать, как безопасно прекратить обслуживание, предупредить клиентов и перейти в укрытие.
Наши работники также регулярно проходят курсы домедицинской помощи. АЗК укомплектованы аптечками, и важно, чтобы персонал умел пользоваться их содержимым и оказать помощь до прибытия медиков. Поэтому уделяем внимание практическим навыкам, от которых в критической ситуации может зависеть жизнь человека.
– Вовлечена ли компания в правительственную инициативу по внедрению программного решения, которое позволит видеть направление движения дронов и, таким образом, повысить уровень реагирования на объектах, которые могут подвергнуться поражениям?
– Мы поддерживаем все решения, которые помогают повысить безопасность работников и клиентов, и при необходимости присоединяемся к их внедрению.
– Как компания оценивает внедрение такой инициативы? Какие нюансы, на ваш взгляд, должны быть учтены при ее внедрении?
– Оцениваем инициативу положительно. Важно, чтобы оповещения поступали своевременно, система работала стабильно, а порядок реагирования был понятен персоналу и согласован с действующими протоколами безопасности.
Важны также защита информации и разграничение доступа. Интерфейс не должен требовать от него самостоятельно анализировать воздушную обстановку. До масштабирования систему необходимо проверить в реальных условиях работы, в частности во время перебоев со связью.
– Какие возникают технические, административные трудности при сооружении систем защиты на АЗС, которые должны быть решены на государственном уровне или в сотрудничестве с другими органами?
– АЗК отличаются по площади, размещению оборудования, подъездам и окружающей застройке, поэтому защитные решения нужно адаптировать к каждому объекту. Это требует решения технических и организационных вопросов, над которыми мы работаем в активной коммуникации с органами государственной власти и местного самоуправления. Совместно ищем возможности как можно быстрее оборудовать защиту, сохраняя условия безопасной эксплуатации, пути эвакуации и доступ аварийных служб.
– Как обеспечить защиту газовых модулей, содержащих емкость с автогазом под давлением на открытом воздухе? Готовятся ли технические решения по защите этих модулей?
– Есть два основных варианта защиты газовых модулей: подземное размещение резервуаров и обустройство бетонных защитных конструкций вокруг наземного оборудования. Мы рассматриваем оба направления.
Об альтернативах стационарным АЗС и запасах топлива
– Как компания относится к идее введения «мобильных АЗС» – бензовозов, которые могут оперативно менять локацию? Какие вызовы есть для реализации этой идеи, например, в больших городах?
Например, как водители будут искать бензовоз, который изменил свое местоположение – в приложении «Укрнафты»? Как бензовозы, условно, будут искать укрытие, если мониторы показывают, что дрон движется в направлении района его расположения?
– Понимаем потребность иметь альтернативные способы обеспечения людей топливом в случае усиления атак на АЗК в отдельных регионах. В то же время мобильный формат требует четкого правового и налогового регулирования и соблюдения требований безопасности.
На данный момент наш приоритет – защита действующих АЗК, восстановление поврежденных и стабильное снабжение топливом.
– Насколько сеть АЗС «Укрнафта» обеспечена автономным питанием и связью (Starlink) на случай длительных блэкаутов, и планируют ли АЗС становиться полноценными «Пунктами несокрушимости» для городов и трасс?
– Все АЗК компании обеспечены генераторами, что позволяет отпускать топливо во время отключений электроэнергии.
Прошлой зимой около 360 АЗК работали как «Пункты несокрушимости»: люди могли согреться, зарядить телефоны, воспользоваться интернетом и приобрести необходимые товары. Для энергетиков, спасателей, коммунальщиков и полицейских предоставляли бесплатные горячие напитки и питание.
В этом сезоне решения о работе «Пунктов несокрушимости» будем принимать с учетом ситуации с безопасностью в каждом регионе. Приоритет – безопасность работников и посетителей.
– Как вы относитесь к идее создания минимально необходимых запасов нефтепродуктов в государстве? Нужны ли они, или логистика рынка справится с обеспечением потребителей самостоятельно, без создания запасов?
– Запасы нужны, чтобы поддерживать поставки в случае перебоев. В то же время их формирование должно учитывать ограничения безопасности военного времени – возможности защищенного и рассредоточенного хранения и оперативной доставки потребителям.
О ценах на топливо и импорт
– На сегодня рекордно растет стоимость дизельного топлива в сетях АЗС. С чем связан такой рост? Почему дизель активно дорожает на европейском рынке? Как на цены в Европе влияет ситуация в Ормузском проливе?
– Дизель дорожает из-за сокращения предложения на международном рынке, снижения запасов и сезонного роста потребности в ресурсе. Ситуация в Ормузском проливе осложняет поставки и повышает стоимость морских перевозок, что сказывается и на европейских ценах.
Украина зависит от импортного топлива, поэтому рост закупочной стоимости влияет на цены на АЗС даже при минимальной наценке. Мы работаем над условиями закупок, логистикой и собственными расходами, чтобы сдерживать это влияние.
– «Укрнафта» выполняет правительственное решение о продаже топлива с минимальной маржой по невысоким ценам, которые сдерживают других игроков от повышения. Как выполнение такой инициативы влияет на финансовое состояние компании? С какими финансовыми показателями ожидает компания завершить 2026 год (чистая прибыль / убыток) по сравнению с показателем 2025 года?
– Очень важно обеспечивать конкурентную цену на топливо и одновременно сохранять прибыльность бизнеса благодаря объемам продаж, эффективным закупкам и контролю расходов.
Помимо обеспечения розничных клиентов, выполняем обязательства по поставкам топлива по формульным контрактам. Работаем с учетом этих потребностей и задачи компании генерировать прибыль для государства.
Вместе с тем «Укрнафта» – крупнейшая нефтегазодобывающая компания Украины, поэтому ее финансовый результат формируется не только в сети АЗС, но и в добыче, реализации нефти и газа, оптовой торговле топливом. На него также влияют последствия российских атак и расходы на восстановление. 2026 год планируем завершить в соответствии с финансовым планом компании.
– Достаточно ли у компании «финансовой подушки безопасности», чтобы продолжать и дальше продавать топливо с минимальной маржой?
– Компания имеет достаточный финансовый ресурс для стабильной работы, закупки топлива и выполнения своих обязательств.
– Насколько стабильны нынешние логистические коридоры поставок топлива из ЕС? Есть ли риски возникновения локальных дефицитов в случае усиления ударов врага по железнодорожной или пограничной инфраструктуре?
– В настоящее время обеспечение сети топливом стабильно. Мы контрактуем ресурс у разных поставщиков, используем альтернативные маршруты и перераспределяем топливо между регионами. После кризиса 2022 года рынок стал значительно более гибким и лучше подготовленным к перестройке логистики.
Вместе с тем атаки на транспортную инфраструктуру могут вызывать задержки и локальные перебои, в таком случае оперативно меняем маршруты и восстанавливаем поставки. Повреждение отдельных АЗС не означает дефицита топлива в стране в целом.
– Какую долю на сегодня занимает «Укрнафта» в структуре импорта нефтепродуктов в Украину? Какая доля приобретенного за рубежом ресурса продается через сеть компании, а какая продается на оптовый рынок – на нужды бизнеса?
– В сентябре 2026 года «Укрнафта» стала крупнейшим импортером дизельного топлива в Украину. По данным, которые обнародовали аналитические центры, наша доля составляла 19,5% – фактически каждая пятая тонна импортированного дизеля. По сравнению с августом объемы закупок выросли на 37%. Что касается бензинов – мы также в лидерах.
